February 19th, 2010

ЗУДЕСНИК Владимир Казаков

Одна знакомая спросила меня об Алексее Крученых: «Почему никто не знает его?»
А теперяки под заводом сидят
И не знают:
Вся затучная свеха
Мне отдана! ! !
Вот что сказал по этому поводу сам Крученых. Теперяки сидят и не знают.
Крученых пишет, пьет вино, любит женщин, играет в карты, в кармане у него крапленая колода.
Ночь застает его возле утреннего луча.
Божество создало в отдельности Велимира Хлебникова и Алексея Крученых, чтобы не соединить их в одном лице.
Они знакомятся. Хлебников пишет из Петербурга Н.В.Николаевой: «...я имею удовольствие видеть каждый день Крученых» .
Добывая из воздуха то стихи, то жесты, то несколько ниток звезд, играя ночь напролет, Крученых...
Его секунды так сверкающе-грозны! Он разрезает поток времени, как вставшая поперек острая глыба.
То вдруг обидится, как ребенок.
Ночь, пустыня, запинающийся свет звезд. Хлебников писал о нем:
Вы очаровательный писатель,
Бурлюка отрицательный двойник!
Отрицательный двойник самого Велимира.
Они в разных концах России. Божество, создавшее их, ранит себя, стихи сочатся двумя потоками, смешиваясь с раздавленным стеклом секунд.
Звезды умирают, чтобы, наконец, научить не бояться смерти.
Страшен только первый гудок крови,
Мы потом ее смакуем как терпкое вино!
Это Крученых.
С подоконников, со звезд - отовсюду льется свет ночи.
А-а-а! . . жадно есть начну живых.
Законы и пределы мне ли? !
Это Крученых - а кто же еще?
Я видел его беззубым, старым, в выцветшей тюбетейке, великим.
Вино превратилось в уксус, он разогревал его на огне, пил и говорил: «Велимир любил запах муравьиного спирта».
Он сказал мне о моих стихах: «Я пишу такие же, но рву их».
Когда он вдыхал воздух, воздух замирал на мгновение.
Он написал мне на подаренной книге: «Держитесь прозы!»
Завтра же эти стены вновь станут каменными и неживыми.
Он мне рассказывал о своих выступлениях в «Стойле Пегаса» у Сергея Есенина: «Обычно чтецы-поэты подкупали официантов, чтобы те не гремели посудой во время их чтения. Я же никого не подкупал, я читал так, что никакой посуды и никакой сволочи слышно не было!»
Он осторожно коснулся своей старой груди (81 год!) и сказал: «Я лучше всех в Москве читаю стихи!»
Зудесник!
Были времена, когда оба создания Божества сходились для совместной работы, были соавторами.
Игра в аду и труд в раю -
Хорошеуки первые уроки.
Помнишь, мы вместе
Грызли, как мыши,
Непрозрачное время -
Сим победиши!
(В.Хлебников «Алеше Крученых»)
Многим недоступен Крученых: теперякам и нетеперякам, поэтам и непоэтам. Но главное, что его поэзию любили Хлебников, Маяковский, Пастернак, Хармс и Введенский.
Главное, что его поэзию люблю я.
У поэзии Крученых вкус свежей, только что зарезанной вечности.
Он заболел, умер. Когда он лежал, умирающий, белые больничные занавески на окнах казались ему листами чистой бумаги.
Он промолвил, указывая взглядом на своих соседей по больничной палате: «Я здесь со всеми сроднился...»
О, эти слова умирающего Крученых! Какое молчание наступило за ними!
В одной из ночных времябоен, то есть в подворотне, я столкнулся со странной фигурой. Женский голос спросил:
- Что это, час или минута?
Мне стало так странно, словно я оглох или, наоборот, впервые увидел свет. Я вымолвил:
- Теперь это уже ни то, ни другое... А что, это Мясницкая?
- Да. Вот дом, где жил Алексей Елисеевич Крученых.
- Откуда вы про него знаете? Простите меня, я удивился, чтобы не окаменеть.
- Я была с ним знакома. Он часто приглашал меня к себе. Мы сидели рядом на его сундучке. Он ладонью гладил мне голову.
Это была Н. После она исчезла, а я исчез еще раньше.
Моя первая встреча с Алексеем Крученых произошла в июле 1966 года.
Его девизом было: выжить во что бы то ни стало!
в лицо плюют карболкою напрасно
как будто пухну от ядопоя
и пистолета выстрел
застенчиво гаснет!..
И победил.
...мне ж смерти нет
и нет убоя!
Делает усилие, чтобы вдохнуть в себя всю стену воздуха разом. Ночная стена.
Больно мне, больно
Опереться горлом
На турецкую фисташку!
Каменный угол неба, отшлифованный локтями и подоконниками. В своей каморке, набитой и заваленной книгами, Крученых бесшумно сопровождал свою тень - грозный поэт.
Свет звезд доставался ему даром. Он любил получать даром.
Над землей будун
Кувыркаль
Хохочьюк хохочущ
XXIХ века
Я смеюн!
Ольга Розанова любила его.
(Москва, 1972 г.)




Адрес в сети (с подробной статьей об авторе):
http://www.guelman.ru/supremus/zudesnik.htm




Сам я впервые услышал этот очерк в замечательном чтении Димитрия Александровича Лебедева, в "Просмотре писем" Радио Канада...
В моем архиве сохранилось письмо Димитрия Александровича,
которого уже давно нет в живых.